Представьте себе: некий северный народ откопал на своей земле кучу алмазов и золота. По этому случаю, наплевал на своих оленей и на свой образ жизни, решил пересесть на «мерседесы», поселиться на Майями и отдыхать от этих благ на Гавайях. Не совсем фантастичный вариант: персоналии останутся, но народ исчезнет, причем, пальмы на Гавайях и Майями не пожухнут. Там на севере останутся только случайно забытые беспечным народцем остатки их племени. Что с ними будет?… Этот северный народец кок-то очень напоминает нас, но нас много и всякого злата немерено. Пальмы на Гавайях такого наплыва не выдержат — засохнут. Вообще то, я там не был, может пальм там уже давно нет.
Традиционно, но
без суеверий и мистики — это единственный правильный путь в будущее. Слушая музыку, посещая вернисаж, пускаясь в пляс и прочих прикосновениях к культуре, мы обходимся без мистической приправы. Только приближаясь к чертогам религиозности, — откуда и растет культура, мы встречаем кордон, где требуют «ксиву» — веру, а где её взять, если воспитан материалистом. Неужели нужно лгать и приспосабливаться? Может быть это просто «первородный грех». Молодым не понять, а я помню, как занудно требовали в эпоху СССР изучать решения съездов КПСС и верить в благостность «светлого будущего». Такие тупые мероприятия способны отвратить от любой религии. Такая религия тонет в омуте ханжества, притворства, лжи. Образ большевистского попа остается в моей памяти, как дурной сон. Вплоть до самой перестройки эти попы играли в свои игры: попробовал бы кто усомниться в постулатах марксизма, в лагерную пыль превратить уже не получалось, но испортить карьеру, отодвинуть в очереди на жильё — это запросто.
Почему нас так тянет в храмы
Почему нас так тянет в храмы, даже чуждых религий. И в здание университета — в храм науки, заглянуть хочется. Религиозность, однако! Её не пропьёшь, «с белой ручки не стряхнешь и за пояс не заткнешь». Как же человеку, получившему материалистическое воспитание, не меняя своих убеждений, прийти в храм и истово помолиться? Главное, сначала понять: зачем это нужно? Когда утром жаркого дня мы одеваем, хоть и лёгкую, но одежду, то поступаем алогично, а выйти голышом в присутственные места, всё равно, не сможем. Не принято: аморально. Только нудисты научились перешагивать через барьеры морали. Совершенствуются все: волки то же научились прыгать через красные флажки. Нашей генетической памяти миллионы лет и все это время люди жили с религией, с системой организующей коллективное общее дело, а общее дело это не только добыча пропитания и защита от врагов. Гораздо важней воспитать себе смену, чтобы жизнь продолжалась в поколениях следующих за нами. Религии и есть старые, проверенные опытом, технологии настройки биологических механизмов (программного обеспечения) основных понятий. Таких как: совесть, этика, мораль, нравственность, патриотизм, долг. Практика мудрого применения религий творит чудеса (Китай тому примером). У нас же всё наоборот, — воцарилось мнение: «религии не более чем мракобесие и прибежище глупых необразованных человекоподобных, которые не способны к мыслительной деятельности».
Подключение основного инстинкта
Кто имел дело с токами высокой частоты, знает эту проблему: электромагнитные волны распространяются в волноводах, а гонят их в некие рабочие объемы. Так вот, некоторые объемы волна отказывается посещать: эти объемы не согласованы (термин физический, а не юридический) с частотой волны. Капризные возникают ситуации, много нервов портят спецам. Что-то подобное происходит с основным инстинктом — религиозностью: всё вроде бы есть, и религии, и желание верить, но не включается! Если и включается, то не в той мере, как будь-то, в доме не включается свет. Но это слабое сравнение, гораздо ближе, если в вашем авто сломалась педаль акселератора и двигатель не везёт, главное: проблематичность неисправности примерно такая же, а мы вместо ремонта педали разламываем автомобиль. Присмотритесь к нашим двум революциям: В 17ом году религии рассогласовались с уровнем самосознания общества и мы сломали Россию. В перестройку мы сломали СССР, когда сгнила религия — марксизм, а передел собственности — это всего лишь мородерство.
Религия — это не набор суеверий и догм и не способ окормления, пусть даже, очень достойных людей. Религия, — это фундамент культуры. Культура часто становится тоталитарной сектой. «Сталинская культура», японской секта "Аум Синрике«, толстовские земледельческие коммуны — секты, согласитесь, так функционирует культура. Благоденствие любого сообщества — это функция благодатности принятой культуры — религии. Иногда даже простейшие манипуляции со структурой культуры — религии имеют великолепные результаты. Самый яркий современный пример: в Китае — «сталинизм — маоизм» припудрили макияжем конфуцианства и заработало. «Где, укажите нам, отечества отцы», которые нам покажут: у нас прекрасный ряд проверенных временем религий. Что это за враги уводят нас от праведного пути.
Перспектива
Версий будущего не так уж много. Только светлый путь и темный. Даже «серый» (которым мы уныло бредем) нам заказан. Хотя, может показаться заманчивым, стать гумусом для другой нации, только жалко ту нацию: наш гумус её отравит. Тропинка «благополучной» эмиграции, с капиталом и детьми, не выход, — это артериальное кровотечение: летальный исход неизбежен. Тёмный путь в начале прошлого века наши деды досконально изучили, вся топография и археология такого пути в истории СССР. Как-то очень конвульсивно искали наши деды новую религию, и нашли, были даже успешны. Только где вы найдёте темнее путь? Главное, результат нулевой. В принципе, любой путь просветлится, если призвать любую религию, но при неудачном выборе — ждет печальный исход.
РОССИИ, — НЕ КАТИТ!
И «не покатит», если не осмыслим: за что нам такая кара. Это последний чемпионат мира по хоккею — навеял. Лучшая во все времена сборная так и не смогла победить команду, для которой хоккей (пусть даже совсем немного), но религия. На олимпиаде уже было такое: и для канадцев хоккей — религия. Мне довелось бегать и на коньках, и на лыжах; есть что-то мистическое в понятии «не катит», когда коньки не скользят так, как надо и лыжи скрипят «как по песку». Для этого случая можно найти простое объяснение: призвать кристаллографию льда, или химию растворов воды. Нам НУЖНО, обязательно, найти: почему целой стране — России — «не катит». Китайцам — катит, канадцам и чехам — катит, а нам — ну никак! Всё просто: у них есть (хоть какая-то), но религия, а у нас — никакой. Православие — не в счет: оно вытеснено в позолоченную резервацию.
Зачем верить?
У нас судьба такая! Задавать себе вопросы: как дышать, как питаться? Любая потребность для нас — это объект осознания, это расплата за прямохождение, за дар слова, за умение думать. Ни у дятлов, ни у других живых тварей голова не болит о том, как питаться, как дышать и прочее, и прочее… Достаточно им инстинктов для жизни. Арсенал оставшихся у нас инстинктов слабоват: вот и приходится думать. Чего уж проще — дышать,так и здесь много разных методов. Как питаться? Ещё больше вариантов. В вопросе деторождения методология так разрослась, что забыли уже о первоначальной задаче. Вот только основной инстинкт — религиозность мы не почитаем должным образом.
Попробуйте жеребца поместить в стадо коров. Вот будет издевательство! Среди бурёнок жеребец не почувствует себя «дома» , и сбежит в свой табун, пусть даже под тиранию старого, грубого вожака, где даже мечтать о своей любимой кобылке — опасно.
Вот и мы, неприкаенные: нет у нас дома для души. Раздёргали мы свои религии в революциях. Чувствуем, что надо верить, что здесь наш «дом». Но зачем и как? Мы готовы даже пустышку сосать, как младенцы, лишь бы почувствовать себя «дома». Такой пустышкой был для нас марксизм — перелицованное не очень умело и в спешке — православие.
Символ большевистской веры
Неуютно сознавать, а что, если это я частыми восторгами китайским экономическим чудом, «накаркал» ренессанс" большевизма. Если по случаю юбилея Победы развесят старые портреты Сталина, то эти «иконы» могут прижиться. Лучше ограничиться портретами Жукова и других полководцев. Кликать «ту» большевистскую веру — это святотатство. Но если на таких иконах будут настаивать, то уместно предложить нью-большевикам сформулировать их «символ веры», тогда и православные обострят своё понимание религии. Кого приневоливали изучать «научный коммунизм», тот без труда напишет «символ большевистской веры»: никейского собора не потребуется. Итак, «большевистский символ»:
«ВЕРУЮ в непогрешимость экономических идей Маркса: частная собственность на средства производства — это инструмент несправедливого перераспределения прибавочной стоимости. Средства производства должны принадлежать пролетариату, земля — крестьянам. Пролетарская целесообразность выше любых законов и морали».
Какой компактный символ получается! Главное, религиозные ритуалы придумывать не придется: читайте историю СССР (до Горбачева), там всё прописано.
P.S. Цитата: "символ веры — это то, чем в идеале должен отвечать Православный христианин на вопрос: "Во что, собственно ты веришь?"
Основа русской государственности –
это преклонение народа перед царем. Имперская формула может стать пригодной для современности, если говорить о преклонении перед «царём в голове», перед ВЕРОЙ без фальши, ВЕРОЙ материалистической. Вспомните начало «перестройки»: как мы верили Кашпировскому! Мы же были «пензенские сидельцы» у телевизора. Но мы были НЕ верующими, просто очень соскучившимися по вере, были готовы верить даже шаману с бубном. Нашлись же силы удалить Кашпировского от пропаганды, но сколько «таких» еще осталось. Да! Мы жаждам ВЕРЫ, но не простим, ни обмана, ни фальши. Не дай Бог повторения безумия разрушения храмов. Злоба дня она в том, что мы «зациклились». Началось с отделения религии от государства. Власть предержащие надеялись по сибаритствовать без нудной морали, а клир храмов рассчитывал на свою локальную государственность. Нас сочли «быдлом», наш «интерес» не учли и поплатились. На пепелище разрушенной России построили новое государство с новой религией, которой присвоили статус «руководящей и направляющей», то есть НЕ отделённой от государства. Заработало! В Китае и Вьетнаме до сих пор работает. Свой социализм мы утопили в приторном сиропе веры в «светлое коммунистическое будущее». Мы вернулись в начало цикла. Ванга и Настрадамус могут отдыхать, своё будущее мы можем читать в книге с названием: «история СССР»
