Кто виноват?

Вина общества и государства, если она и есть, не представляет важной компоненты. Чиновники ведают лишь тактикой, а воспитание задача стратегическая. Воспитание должно быть религиозным, это условие нашей биологической сущности. Животное ведет в жизни инстинкт. У нас набора инстинктов не достаточно, нужно закачать в наше сознание ещё некий «драйвер». Здесь всего три варианта:

  • Новый политический «изм». Марксизм мы недавно закопали. Опасен этот путь: полистайте историю.
  • Ещё опасней путь: отдать школы на откуп религиозным сектам.
  • Остается одно: к государственной педагогике подключить свет храмовых окон.

Витиевато приходится выражаться, слишком велика вековая инерция двух инстанций процесса объединения, но момент подходящий. Школьная педагогика искалечена: лишена опорной части — «изма», можно рассчитывать на покладистость. Церковь, давно отключенная от государства, не имеет реального педагогического опыта, нужно сделать ШАГ в сторону педагогической практики. Здесь мы — паства должны молиться за благой процесс.

Воспитание

Приобретая такой инструмент как компьютер, мы точно знаем: его нужно «воспитать», загрузить нужной «ему» информацией. Тогда он послужит Вам, будет даже другом. Мы имели лучшую в мире систему образования (воспитания), это результат религиозной формы школы: хоть и не очень стройная идеология, но и она работала. Марксизм из воспитания вытравили, но мы не правы, что «свято место, пусто не бывает», сейчас бал правит пустота. «Из ничего не выйдет ии чего». Сейчас суеверный страх перед числом «13» и чёрной кошкой превалирует над всей прочей мотивацией моральных норм. В нашу конституцию норма об отделении Церкви от государства перекочевала прямо из сталинского свода законов, там она исключали двоебожие. Только редкие ч…удаки (хотел выразиться грубее) могут ратовать сейчас за эту норму.

Представьте себе

Жителей некой страны решили сделать «ихтиандрами», лишили атмосферы. Даже технический успех такой операции, оставил бы смертельную тоску по запаху тайги. Хорошо, что мы не дельфины, но другое, не менее важное агрегатное состояние нам заменили. Вернее, мы сами меняем, теперь уже третий раз, за одно столетие. Сил и позывов разрушать Церковные стены сейчас не меньше, чем в «семнадцатом», но есть ещё и опыт преступления. Не дай нам Бог рецидивов. Глядя на нас, западные философы предполагают, что «наслаждение всякий раз возникает от гибели бога и его имени» и «что молимся мы только с целью предать богов смерти». Действительно, трудно нашу историю представить просто чередой политических интриг.

Поиски Бога

«Всем можно пожертвовать, чтобы найти Бога». Написано философом эмигрантом перед революцией. До мрачности пророческая мысль: церкви были разрушены и нам явился довольно жухлый божок. Мысль того же автора: «можно построить науку, высокую мораль, даже религию, но нельзя найти Бога». Как же он ошибался: нашли мы божков и прокатились они «красным колесом» по нашей родине. Теософия строилась на мысли, «что Бог есть». Значит, сомневались, просто пытались «оправдать перед разумом веру отцов». В связи с кризисом нужно ждать рецидива: оправдания марксистских богов.

Память

Я помню свою веру в бога: где то до пятого класса мы все обожали дедушку Ленина. Многие могут припомнить такое, мой сайт открыт для Ваших откровений. Вера раннего детства — настоящая, все заповеди ложатся в душу ребенка, как сладкий леденец. Наверно были времена, когда люда оставались детьми до старости. Мы же добываем свой хлеб в поте лица, на разрыве нервов и кипении мозгов. Приходится быть материалистами, но религиозность привитая в детстве, в статусе морали ведет нас,… только в разные стороны. Храмы ждут нас. Там мы можем внукам и детям продемонстрировать, что мы с ними рядом не только телесно. Там мы можем вновь испытать радость соборности, радость совместного обряда, радость танца души.

Мы очень разные

Мы удивляем друг друга, но не понимаем. Одни — лирические поэты, верят, без тени сомнения, своим Лаурам. Другие — мрачные, как Отелло, готовы, не доверяя, удушить. Это крайности, а мы, основная масса общества, живем, как получится, то восхищаемся, то ревнуем. Гораздо хуже ситуация в религиозных вопросах. Мы, масса народа, легко находим богов по вкусу и ситуации, богов простых, «как хлеб». Только эта простота больно бьет по голове, а служители проверенной и традиционной религии, по моему, заблудились, требуя от всех веры. Вера в Бога это не то, что можно требовать, ЕЁ нужно созидать воспитывать с пеленок, с церковной купели. Нужно собраться, сосредоточиться и ответить на вопрос: почему церковь отделена от государства? Коммунисты свои парткомы позиционировали, как «определяющая и направляющая». Их религия кроваво, не долго, но эффективно работала. Парткомы контролировали воспитание прямо с детского сада, до сих пор помню, как выглядела книжечка: «Детские и школьные годы Ильича». Даже «это» работало. Церковь, отделенная от государства, просто музей с ограниченной посещаемостью.

БогоНЕ пониматели

это мы все — люди! Если бы мы понимали Бога, не допустили бы разрушения храмов, войн, гулагов. Это и есть наша основная ущербность — «первородный грех», яблоко, ставшее поперёк горла нашего сознания и не пускающее в рай. Есть такая болезнь — астма: какая- то патология может привести к удушению. Есть понятие — «механическая асфиксия», это чемпион по суицидам: преграда на пути основной потребности и инстинкта приводит к гибели индивида. Но мы давно изготовили более страшную удавку: отделили церковь от государства и теперь агитируем за Веру в Бога. Безрелигиозная педагогика веру не рождает. В школе и сейчас уверяют: «человек- это звучит гордо», как будь-то в насмешку над «заповедями».

Воздух, как божество

Говорят, мы раньше были солнцепоклонниками. Главный недостаток такой религии — отсутствие воспитательной мифологемы, сказки больше развлекали, чем нравоучали. Страх божий не созидался. Атмосферные стихии больше всего остального приносили беды, но не было у нас понятия «воздух». Инстинкт дыхания — самый насущный: попробуйте задержать его. Если бы мы в далеком прошлом понимали суть и химию дыхания,- стали бы воздухопоклонниками. Суеверий (минибогов) нажили мы много. Есть такой «пунктик» в нашем сознании, но это не вера. Акт веры присутствует в любом поступке: вы входите в метро и верите, что поезда доставят до дома. Рассчитываете семейную смету: и верите, что дважды два — четыре. Но, если дорогу перебегает черная кошка, это не вера в несчастье, это муляж религиозного чувства. Муляжи не насыщают, они раздражают, а когда нас принуждают верить, они становятся зародышами бунта и новой цепочки суеверий.

ЛЕНИН – ЭТО ГРИБ?

Рассвет «гласности» позволил газетные статьи с такими эпатажными названиями. Содержания в этой статье отсутствовало, просто скандальность, но это отражает отношение к обанкротившейся религии и парткомам, как церквям, а, главное, к незадачливому богу. Глумление продолжается: даже оставшуюся оболочку бога пытаются осквернить, нарушить «покой», уготовленный ему паствой. Пока не понимаем мы, что память, каким не должен быть бог это самое ценное, пока мы, в муках ищем ЕГО возвышенный образ. Придёт время и померкнут все пирамиды в свете его усыпальницы.

«ТАЙНА, ЧУДО, АВТОРИТЕТ»

В заголовок вынесен «символ веры» вождям и фетишам сектантских образований, а была ли вера? Даже нацистскому лидеру, с усиками, немцы не верили: слишком образованным обществом они были. Бесноватый вождь, не сознавая сам, стал кнопочкой от тумблера, который включил «основной инстинкт» несчастных немцев. Ленин включил такой же тумблер нам, а Сталин овладел лишь джойстиком. Устройство тумблера — хитрая загадка. Как душевно больной человек сумел подключить пензенских сидельцев к страданиям? Какой феномен зажигает буйство футбольных фанатов? Западная цивилизация подключена к религии персонального успеха, это удивительный пример. Каждая купюра — икона, банки — молельные дома и результат: «основной инстинкт» не дремал. Фанаты не били витрины, а энергия общества, без взрывов, продвигала цивилизацию, не подгорели бы только контакты тумблера этой религии по случаю кризиса. Частнособственнические боги оказались эффективнее коммунистических. Чем понятнее бог, тем эффективней. Моральная чистота бога не менее важна, чем доступность понимания. Мы не воспримем западного бога: он для нас осквернен прохиндиадой первоначального накопления. Если тумблер системы зажигания автомобиля не включен, мы не поедем. Если к общим своим делам не подключить инстинкт религиозности, не улыбнется нам будущее.