Что раздражает

больше всего? С чего начинается бунт? Почему безумству бунтующих поют песни? По последнему вопросу понятно: героем становится каждый, кто зовет к новой религии, если старая религия не несет святую функцию и призыв к общему делу, к обряду, к богу. Перед бунтом общество становится раздражительным, повод для бунта обычно не совпадает с раздражителем. Меня, например, раздражают боевики — стрелялки. Я вырос там, где к оружию приучают с детства, это средство добычи пищи, это и ритуал безопасности. Охота она вообще ритуал. Как же неоправданно часто показывают вооруженных людей, а их манера общения с оружием возмущает. Так содрогнется православный, когда увидит молящегося левой рукой.

Еще пример: по воскресениям по радио вещает какой то антипатриот. Для него Суворов и Жуков бездари, а землю России нужно срочно продавать, пока не подешевела. Причем, его риторика необорима. Но нельзя, все таки, давать слово в СМ? бомжу который клеймит запахи общества, выходя из общественного туалета, где ему позволили ночевать.

Возмущает риторика преподавателя семинарии на православном канале, выстроенная в стиле «шапка горит». Слова святых отцов и (тем боле) Евангелия должны быть выше этого, ещё лучше далеко в стороне.

Пародии

Самая грубая пародия на религиозность это, когда спортивные фанаты бьют витрины магазинов. Но представьте себе, в их ряды внедрились провокаторы, они совращают толпу на погром с целью спокойно «под шумок» пограбить. Если хитрецов «вычислят», то фанаты оставят витрины в покое, а бить будут определенные части лица хитрецов. Жестоко бывает общество, когда долго не получает радости религии. Большевики это прекрасно знали, сами провоцировали разграбление и уничтожение православия. Большевикам и здесь повезло, вовремя «смылись», «спиной», видимо, почувствовали опасность (слабые остро чувствуют угрозу). Православие в начале прошлого века тоже расслабилось, церковь занялась только своим окормлением, паства такое не прощает. Разница между революцией и погромом только в масштабе.

Перекройте человеку дыхание, и он способен на не человеческие усилия ради глотка воздуха, не по-людски ведет себя общество вне религиозного сознания. Состояние нашего общества во всем схоже с ситуацией начала прошлого века. Это пародия? ?ли угроза?

СКОРОТЕЧНА Ж?ЗНЬ,

слишком скоротечна была жизнь философа Вл. Соловьева. Рано закончился его земной путь. При таком темпе он не заметил очень важный этап жизни, а для многих этот этап не прерывается всю жизнь. В церкви таким отводится даже часть литургии. Называют их «оглашенные», они «являются христианами только по имени, не твердыми в вере». Верные — взывает диакон: помолимся об оглашенных, чтобы Господь их помиловал, чтобы огласил их словом истины, чтобы открыл им Евангелие правды. ? верные, чувствующие, как мало они стоят названия верных, молясь об оглашенных, молятся о самих себе, и на всякое отдельное призванье диакона восклицают внутренне вослед за поющим ликом: Господи, помилуй! ( это снова юбиляр Н. В. Гоголь). Деликатные дальше идут вопросы, — лучше рассуждать на известной модели. Структура общества при большевиках: 1) дети начальных классов. 2) половое созревание наводит сумерки на всех богов, «оглашенность» фракционирует общество, религиозность деградирует. Наступившее безбожие часть общества деморализует, люди уходят в запой. Самые слабые «сдаются», верят по «нарошке» — делают партийную карьеру. Основная часть, лишенная благ религиозности, образует революционный класс: они не против, они за, только не знают как оно выглядит.

«Господи помилуй»

Чаще всего звучит в Церкви. Во всяком случае, я это слышу наиболее внятно. Видимо пришла последняя пора веры сознательной основанной на развитии разума. Эти слова Вл. Соловьева я привожу уже третий раз, почти, как господи помилуй. Но это оправдано целью, которая заключена в начальной формуле: пора детской или слепой веры. Непонятно, почему этот вопрос вызывает отвержение? Нежелание лгать детям? Но тогда и соску — пустышку нужно убрать из быта, и аиста не обвинять в деторождении. Вас не вдохновляет пример большевиков: они не стеснялись мистификаций и обмана. Зато имели несомненный результат.

Здесь налицо ещё один раскол общества, притом неустранимый: это 1) дети, 2.) люди с перезрелым в своем развитии разумом и 3.) люди второй поры в развитии рассудка и отрицания слепой веры. Проблема в том, что именно «люди второй поры» должны взять на себя задачу внедрения религии в школе, а у них переломный возраст. Что делать? Господи помилуй.

Пример

правильного религиозного воспитания в период,- до большевиков, я знаю только один. В этом примере есть и достоверность и автобиографичность. Признаниям нашего философа Вл. Соловьева можно верить, только он воспитан не в школе, а в большой и православной семье, что можно приравнять «правильной» школе. Он писал: человек относительно религии при правильном развитии проходит три возраста: сначала пора детской или слепой веры, затем вторая пора — развитие рассудка и отрицание слепой веры, наконец, последняя пора веры сознательной основанной на развитии разума. По такой жизненной схеме прошло целое поколение периода большевиков. Подражать этому не нужно и опасно, но позитивный опыт должен пригодиться. ?нтересен вопрос: может быть это единственная правильная схема жизни людей, которая не приводит к революциям и тупым перестройкам?

«Пальцем в небо»,

почти наугад, не имея опыта, соорудили свою религию большевики. Такие конструкции не жизнеспособны, но они случайно наткнулись на клад. Сокровища этого ларчика позволили быть на плаву в отведенные им сроки. Самый яркий бриллиант этого сокровища — система начальной школы. Почти живодерская религия, пришитая в нужном месте, в нужное время обеспечила «русское чудо» советской экономики. Цыплята будут считать «мамой» любой движущийся предмет, который первым попался им на глаза. Нам, кроме мамы, нужна ещё религия и Бог — такая у нас природа. Пока человечку не исполнилось 10 лет ему без особых проблем можно привить и страх божий и уважение к обряду, а это есть самое главное для вызревания морали. Глупа и трагична история России прошлого века, но нам повезло больше чем другим: был у нас замечательный феномен. Сошлись на одном временном моменте педагогический опыт царской России и дурная, но свежая религия большевиков. ?стория имеет свойство повторяться. Мы снова имеем: опыт советской и мировой педагогики, Храмы благоденствуют. Помолимся, чтобы не закончилось это фарсом.

«Самый опасный период человеческой жизни, –

говорил Ж. Ж. Руссо — это период от рождения до 12 лет«. «Здесь рождаются все пороки». В оценке ситуации Жан Жак прав, но со сроками можно поспорить. Великий антивоспитатель виртуальных Эмилей предлагал, до названного срока воспитывать только пищеварение, не должно ему даже знать: в какой руке держать ложку (правой или левой).

ЕЩЁ РАЗ обращаю внимание: лучшую, во все времена, систему воспитания изобрели большевики. ?х главный прием: не отделять религию от государства, а наоборот, внедрять во все сферы жизни, даже до несварения и тошноты. Причем, они не имели порядочных богов, а мифологему только кровавую и грязную.

На эту тему можно говорить много и долго, но у нас нет времени: наши дети в «опасном периоде». Загубит их не религиозное воспитание.

Защита школы от церкви

Непонятная, мистическая постановка вопроса. Наши вульгарные размышлизмы здесь бессильны. Великого юбиляра, мистика Гоголя считали поэтом, а им не нужно ходить на Синай: Бог сам цензор их мыслей — обратимся к ним (курсив — от Гоголя). Хорошо, что духовенство находится в некотором отдалении от нас, что даже одеждой своей, не подвластной никаким изменениям и прихотям наших глупых мод, они отделились от нас. У духовенства нашего два законных поприща, на которых они с нами встречаются: исповедь и проповедь. Нужно, чтобы священник говорил стоящему среди света человеку с какого-нибудь возвышенного места, чтобы не его присутствие слышал в это время человек, но присутствие самого бога, внимающего ровно им обоим, и слышался бы обоюдный страх от его незримого присутствия. Пока священник еще молод и жизнь ему неизвестна, он не должен даже и встречаться с людьми иначе как на исповеди и проповеди.

Большевики точно следовали заветам поэта. Школа защищалась от их религии скрупулезным исполнением директив и ребята с маузерами там не появлялись. Был тогда у школы «век золотой»: продукт получался высшего качества и это благодаря религиозной структуре воспитания. Для столь важного дела можно вычленить всю большевистскую «дурь», взять их опыт, благословение батюшки и «вперёд». Я бы в разы увеличил уровень оплаты учителям начальных классов, сюда нужно привлечь самых талантливых педагогов: здесь рождается 80% будущей личности. ?м решать проблему религиозного воспитания в стране, где несколько религий. Школа дело светское, но о кураторстве Храмов нужно молиться.

Пророк

был и в нашем отечестве, чтобы он не портил статистику, его даже высылали из России, пока не образумился. ЕГО пророчества буду выделять крупным курсивом. Мы принадлежим к числу тех наций, которые существуют лишь для того, чтобы дать миру важный урок — дать в свое время разрешение всем вопросам, возбуждающим споры. Так писал Чаадаев друг Пушкина, Настрадамус, как говорится, «пусть отдыхает». Россия уразумела своё призвание: своей кровью и плотью оплатила страшный эксперимент: становление нового способа перераспределения собственности и новой религии. Чаадаев был первым, кто ясно понял и сформулировал: человек глубочайше связан с обществом бесчисленными нитями, живет одной жизнью с ним. Способность сливаться с другими — симпатия, любовь, сострадание…- это есть замечательное свойство нашей природы. Всё это действует без нашего ведома, никогда не ошибается и ведет вселенную к её предназначению. Мысль человека есть мысль рода человеческого. В христианском мире все должно способствовать установлению совершенного строя на земле. Печатал со старого конспекта, точность текста не гарантирую, но смысл прозрачен: религиозность — основной наш инстинкт. Жить в обход такого факта не продуктивно, противоестественно. У нас теперь Церковь живет сама по себе, а общество отдельно. Говорят, нечто подобное проделала немецкая разведка, когда в начале войны танки были в одном месте, а снаряды и горючее, в другом.

Аналогия

Мы не придумали пока ничего страшнее термоядерного взрыва. Хотя солнце та же термоядерная печка. Мы давно мечтаем о термоядерном реакторе — печке, который успокоил бы бешеный темперамент ядерного взрыва и решил бы наши энергетические проблемы.

Вот и религиозность — страсть действовать сообща не поддается пока регулированию. «За компанию» мы готовы поверить в конец света и закопаться под землю, хорошо, что этот случай уникальный. Зато менее экстравагантных случаев полно, мы просто перестали их замечать. Буйство футбольных фанатов, рок — концерты, митинги с хулиганством. Это и есть неуправляемые взрывы, когда каждый друг другу — медиум.

До термоядерного реактора пока далеко, но религиозностью мы управлять умели, только от умения осталась лишь оболочка. Виной тому пращуры диссидентов, кто отделил храмы от государства и они не одиноки. Вспомните, отделяли людей от пищи (голодомор), от питьевой воды, от воздуха (смог над промышленным городом).